Читаем без скачивания Сумма дней. Рассказы - Анатолий Карасёв

Они несколько минут лежали молча, потрясённые своим открытием.

– Что же нам теперь делать? – шёпотом спросила Саша.

– Строить свой алгоритм. И жить по нему, – повернувшись к ней, ответил муж. – По-другому, как я понял, нельзя. Иначе сам станешь нежитью. Предлагаю начать прямо сейчас!..

Вскоре Саша снова забеременела. Поняв это, она сразу объявила о своей беременности матери. Ей было почему-то очень важно, чтобы именно она первой услышала её манифест. Мать как-то сразу почувствовала её решимость и тихо проговорила опустив глаза:

– Ну что ж, рожай…

– И миром, мама, правят не деньги, – уходя заявила Саша. Через известный срок у Саши родилась девочка, котрую назвали Еленой. Саша никогда раньше не думала, что можно быть такой счастливой. Раствориться, растаять под солнцем любви в маленьком человечке, ставшем в одно мгновение твоим огромным миром, твоей вселенной – вот что такое оказалось это, ещё совсем недавно казавшееся таким загадочным и небъяснимым, счастье. Леночка росла прелестным ребёнком – ясноглазая, белокожая, с золотистыми, нежными как пух кудряшками, вдыхая аромат которых, Саша впадала в лёгкую головокружительную эйфорию, она была всеобщим кумиром, С ней рядом они с мужем чувствовали себя самой счастливой парой на свете. С рождением дочери Саша как-то совсем позабыла о своём бедном Андрюше и он перестал снится ей. Так прошло несколько лет.

Когда Саше пришла пора выходить на работу, Леночку, как водится, решено было отдать в детский сад. Саша не представляла себе, ка она будет проводить целый день без любимого ребёнка и даже пару раз всплакнула в преддверии предстоящей разлуки. Но что было делать – не бросать же, в самом деле, работу? Детский сад Саша выбрала сама – один из лучших в городе, с педагогами высших категорий и новомодными «обучающими» и «развивающими» программами. Попасть туда было непросто и стоили услуги этого «элитного инкубатора» весьма недёшево, но все эти проблемы были успешно решены старшим поколением, представители которого просто обмирали по ненаглядной внучке. Все были так увлечены процессом устройства Леночки в детский сад, что как-то упустили из виду один немаловажный вопрос – кто и как будет доставлять туда ребёнка. Дедушки и бабушки жили на другом конце огромного города, автомобиля у Александры с Сергеем не было; вариант с общественным транспортом тоже отпадал по причине того, что ехать надо было далеко и к тому же с пересадкой. Оставался только один выход – покупка автомобиля для молодой семьи и возложение обязанностей водителя на Сашу, так как у Сергея с детства было плохое зрение. Саму Сашу такой поворот развития событий только обрадовал. Она, честно говоря, давно мечтала выучиться на права и как многие её подруги рулить на сверкающей лаком иномарке, свысока поглядывая на месящий грязь и мёрзнущий на остановках народ. Без автомобиля образ «современной женщины», «деловой и независимой», образ, которому она так хотела соответствовать, рассыпался в прах. Ведь в самом деле: будь ты хоть в шиншилле, но если ты при этом передвигаешься на «маршрутке», то твоя шиншилла превращается в безликую «чебурашку». В общем Саша с энтузиазмом взялась за учёбу, с нетерпением ожидая того дня, когда она первый раз припаркуется у офиса, небрежно чирикнет сигнализацией и, поднявшись к себе, устало бросит на рабочий стол заветный блестящий брелок со словами: – «Ой, девчонки! Такие пробки, еле протиснулась!» Единственным человеком не разделявшим её энтузиазма был отец. Он, надо сказать, вообще терпеть не мог женщин за рулём и обилие последних в современном городском движении было для него источником вечного недовольства и постоянных насмешек. «Женщина за рулём – преступник!» – была его коронная фраза. А ещё он любил говорить: – «Баба за рулём это пародия на саму себя.» И всё в таком духе.

– Я понимаю, отчего ты злишься, – как-то раз в машине сказала ему мать, – тебе просто завидно, что они все на «лексусах», а ты – на дырявом ведре.

– Ничего ты не понимаешь, – с досадой отозвался отец, – да будь они хоть на «инвалидках»; меня больше всего раздражает это торжество эмансипации, написанное на их лицах.

– Ой! Тоже мне борец за права мужчин выискался! Ладно хоть сам бы был Че Геварой.

Когда речь заходила о «настоящих мужчинах» мать всё время вспоминала Че Гевару или «Команданте» Фиделя, которыми восхищалась ещё с юности. Претензии остальных представителей сильного пола на доблесть и отвагу она отметала как несостоятельные. «Мужики все давно вымерли. Как мамонты», – часто резюмировала мать и Саша с годами была всё более склонна согласиться с этим. Но брюзжание любимого папки она всегда пропускала мимо ушей и совсем не обижалась на него.

– Ну вот, ещё одна автогололеди народилась! – заявил отец, когда Саша получила права и по-мужски пожал ей руку.

– А ты что же, хочешь, чтобы девочка с ребёнком по автобусам таскалась? – тут же встряла мать.

– Надо было этого ребёнка в нормальный детский садик отдать и не морочить голову ни ему, ни себе, – парировал отец и скрылся в своей комнате.

– Ретроград! – крикнула мать ему вслед.

А через несколько дней менеджер в салоне торжественно вручил Саше ключи от её автомобиля.

– Поздравляю вас с покупкой! – сказал он, подобострастно согнувшись., и добавил дежурный, судя по всему, комплимент:

– Этот автомобиль вам очень к лицу!

Машинка и правда была премилой: вишнёвого цвета, маленькая, что называется «женская», но при этом очень удобная и комфортная; она наивно смотрела на Сашу широко раскрытыми линзами фар и, казалось, приветливо улыбалась ей.

– Какая прелесть! – захлёбываясь от восторга пискнула Сашенька, села за руль и повернула ключ зажигания. Малютка слегка вздрогнула и еле слышно зашелестела двигателем.

– Вот оно, счастье! – как всегда, с лёгкой долей иронии прокомментировал отец, садясь на пассажирское сидение, и Саша несмело тронулась в свой первый путь. Сначала ей было страшно. Очень страшно. Каждый день она буквально силой заставляла себя садиться в машину. Пару раз с ней даже случалась истерика. «Тряпка! Трусиха!» – бесконечно ругала она себя, когда судорожно, до онемения пальцев уцепившись за руль в паническом ужасе пробиралась до пункта назначения в этом кромешном аду, который зовётся «уличным движением мегаполиса». Но Саша твёрдо решила не отступать. Кем бы она была в своих глазах и в глазах окружающих, если бы дрогнула, если бы, поддашись извечному бабьему страху, опустила руки? Правильно: «дурой» и «кошёлкой бестолковой». Именно эти эпитеты часто слышала она в свой адрес на дороге от хамов – мужиков. Именно такой они хотели её видеть во веки вечные. «Не выйдет! Наше время! Наша власть!» – иногда даже вслух скандировала Саша за рулём и эти слова придавали ей сил в её борьбе. Так, понемногу осваиваясь, через год она уже лихо рулила на своей малютке, ни в чём не уступая мужчинам. Она, как и было задумано, каждый день отвозила Леночку в садик, потом ехала на работу, а вечером забирала ребёнка из садика. Воспитатели хвалили дочь за сообразительность, на работе Саша числилась среди лучших, Сергей вот-вот должен был стать начальником отдела, а старые неприятности казались такой мелочью и почти окончательно стёрлись из памяти.

,,, В тот день шёл снег. Снег шёл уже третий день – белый, пушистый, мохнатый и ласковый как щенок. На улицах навалило, наверное, больше полуметра и город понемногу увязал, со злобным визгом роя шинами снежную кашу. Снег как-будто недоумевал: он хотел подарить людям радость и покой, а его встречали как врага. С утра неожиданно позвонил отец.

– Давай Ленку отвезу, а ты поезжай на автобусе, – предложил он.

– Да не надо, пап, тебе же тащиться через весь город. Справлюсь, не впервой.

– Ну,,, как знаешь, – всё-таки с сомнением проговорил отец, – Осторожно только, смотри. На самых малых…

«Милый папка!,,» – от внезапно нахлынувшей нежности у Саши перехватило дыхание. Но сентиментальное наваждение исчезло так же стремительно, как и возникло. Через несколько минут они с Леночкой уже выезжали со двора. Саша вела машину осторожно, но уверенно, привычно сбрасывая скорость в опасных поворотах. Почему автомобиль вдруг перестал ей подчиняться, она так никогда и не поняла. Всегда послушная малютка в один миг превратилась в злобного монстра, как будто давно ждавшего своего часа под лицемерной маской притворного повиновения. И сейчас, дождавшись его, этот монстр кружил их по дороге в своём бешенном, смертельном танце, с дьявольским упорством толкая попавшую в западню жертву навстречу неминуемой гибели. Саше на мгновение показалось, что в надсадном рёве двигателя она слышит его сатанинский смех. В последний момент, увидев, что машину несёт прямо на гигантский тягач, она бросила бесполезный руль и своим телом попыталась закрыть от страшного удара, не успевшую даже ничего понять, Леночку. Потом стало темно…